Семья в верхнем палеолите по археологическим источникам бассейна Десны

2008-09-14

Семья – это основанное на браке или кровном родстве объединение людей, связанных общностью быта и взаимной ответственностью. Вопрос наличия и структуры семьи и надсемейных структур социума на заре человеческой истории издавна волновал исследователей. В годы диктата марксистской идеологии в отечественной исторической науке было принято считать, что парная семья возникла только в неолите. Как правило, при этом делалась ссылка на труд Ф. Энгельса, относившего этап становления парной семьи к рубежу высшей ступени дикости и низшей ступени варварства (Энгельс, 1987, С.130-133), то есть к мезолиту. Этот труд, отразивший представления науки второй половины XIX века о первобытном обществе, долгое время принимался, как аксиома, не подлежащая пересмотру и критике. Однако, историческое, а тем паче доисторическое прошлое далеко не всегда является точным отражением этнографических аналогий, не всегда оно укладывается и в прокрустово ложе идеологических доктрин. Аналогии хороши лишь для сравнения. Что же касается достоверной реконструкции социальной структуры, то для эпохи палеолита археологические источники являются, единственными, доступными для исследователя. Основанием для такой реконструкции могут служить в первую очередь жилища, а также структура поселения.
     
     Первая попытка анализа структуры древнего социума для палеолита Подесенья на базе данных археологии была реализована в середине 30-х гг. ХХ в. (Городцов, 1935). В.А. Городцов, исследовавший стоянку Тимоновка, пытался, исходя из парного расположения обнаруженных им «жилищ-землянок» сделать социально-экономическую реконструкцию, которая теперь не представляют научной ценности, ибо базировались на заведомо ложном отправном положении – «землянки» Тимоновки оказались следами древней вечной мерзлоты. К.М. Поликарпович по материалам раскопок в Елисеевичах и Юдиново, вслед за столпом стадиальной теории в палеолитоведении П.П. Ефименко и главным марксистским идеологом советской археологии В.И. Равдоникасом утверждал, что в верхнем палеолите Подесенья имел место материнский род с обитавший в больших жилищах групповой семьей. В такой семье «группа мужчин считалась состоящей в браке с группой женщин того же поколения» (Поликарпович, 1968, С.133-135). Более осторожно подходил к проблеме семьи в верхнем палеолите ученик П.П. Ефименко – П.И. Борисковский, допускавший в принципе наличие непрочной, легко расторжимой и отягощенной групповыми пережитками парной семьи со второстепенными хозяйственными функциями (Борисковский, 1980).
     
     С крушением стадиальной теории активизировались попытки пересмотра устаревших взглядов на палеолит. Г.П. Григорьев, опираясь на анализ верхнепалеолитических жилищ и структуры поселений, сделал вывод, что первичной социальной ячейкой верхнепалеолитической эпохи была парная семья; общины состояли из 5-20 парных семей (Григорьев, 1968, С.154-155; 1970, С.59). Со сходным предположением выступил исследователь Мезинской и Добраничевской стоянок И.Г.Шовкопляс (Шовкополяс, 1972), подробный и обстоятельный обзор сведений и мнений о структуре социума в палеолите дал в своей работе В.Р. Кабо (Кабо, 1986).
     
     И все же, если до недавнего времени разнообразные построения на этот счет можно было оспаривать и даже отвергать в угоду прежней парадигме, то замкнутый комплекс Машицкой пещеры в Польше, благодаря множеству останков людей, дал, наконец, возможность на археологических материалах изучить структуру и размеры основной социальной группы верхнего палеолита. В Мащицкой пещере имел место каннибализм: её жители оказались съеденными захватившими их врасплох врагами, что дало уникальную возможность изучения возрастной структуры антропологических останков естественной популяции. Кости принадлежат минимум 16 особям: 5 взрослых, 2 молодых, 1 подросток и 8 детей. Лишь 8 старших могут быть определены по полу. Это 2 мужчины, 1 под­росток-мальчик, 3 женщины (включая одну в возрасте 30-40 лет) и 2 девушки (Kozlowski, Sache-Kozlowska, 1995, p.170-172). Возможно, число людей при подсчетах несколько занижено из за строгих требований к отбору материала при определении. Иными словами, речь идет о двух или трех семьях, включающих представителей трех поколений. В связи с уникальностью исторической и тафономической ситуации в Машицкой пещере возникает резонный вопрос: можем ли мы, и если да, то в какой степени, экстраполировать данные Машицкой пещеры на верхний палеолит иных территорий, например, бассейна Десны?
     
     В 1996-1999 гг. нами на верхнем Сейме (бассейн Десны) были практически полностью исследованы остатки поселения Быки 1, состоявшего из утепленного капитального круглого полуземляночного жилища с очагом в центре и трех легких наземных жилищ. Быки 1 дали, благодаря своей однослойности и синхронности жилых объектов, уникальные материалы для объективного анализа социальной структуры (Чубур, 2001).
     
     Остатки капитального жилища представляли собой котлован диаметром около 5 м и глубиной около 1 м с некогда почти отвесными стенками, серией углублений различной формы и назначения на дне и центральным очагом. С запада к котловану примыкал углубленный в материк удлиненный и узкий лаз, заканчивавшийся расширением и ступенчатым выходом. Второй ступенчатый выход располагался в юго-юго-западной части полуземлянки, непосредственно на ее краю. Он мог задвигаться тазовой костью мамонта. Обнаружен и крупный череп бизона – тотем, венчавший вход. Полуземлянку Быков можно соотнести с распространенным на Русской равнине II (Александровско–Тельманским) типом жилищ палеолита по классификации А.Н. Рогачева: жилища 5-6 м в диаметре с сильно углубленным основанием и использованием при строительстве каменных плит или костей мамонта (Рогачев, 1970). Устройство жилища из Быков имеет этнографическую аналогию. В.Г. Богораз детально описал жилища приморских чукчей и эскимосов – валькары. В них имелись два входа – зимний в виде длинного подземного прохода и летний в верхней части стены. Последний имел вид отверстия, закрывавшегося плечевой костью кита. На зиму этот вход плотно замуровывался костяной крышкой, камнями и травой. В середине валькара располагалась подставка для очага, над которой в крыше находилась отдушина, изготовленная из китового позвонка. Вокруг, исключая сторону входа, располагались спальные места (Богораз, 1991). Описывает валькары эскимосов и Л.А. Файнберг (Файнберг, 1991, с.51-52). Он также упоминает, что мясо часто хранили не в отдельных ямах, а в расширениях лаза у выхода из него. Это объясняет как отсутствие ям-хранилищ в Быках 1, так и еще одну функцию «лаза». В юго-западной части Быков 1 были выявлены три скопления находок с участками неравномерно окрашенного культурного слоя без очагов. Нельзя утверждать, что очаг – непременный атрибут легкого наземного жилища, поэтому не вполне удачно определение А.Н. Рогачева, считавшего жилищем скопление культурных остатков, сгруппированных вокруг очага или группы очагов (Рогачев, 1970). Очаг мог находиться вне жилищ, на площадке поселения и служил преимущественно для приготовления пищи, ибо в теплом сезоне жилище могло не нуждаться в отоплении. В Быках часть площадки поселения разрушена распашкой. Скорее всего, мы имеем дело с остатками жилых наземных сооружений – небольших переносных не отапливаемых чумов округлых в плане и имевших диаметр по основанию около 2-2,5 м.
     
     Общая планировка и структура поселения удивительно продумана. Стоянка представляет собой единый хозяйственно-бытовой комплекс, связанный с жизнью одной большой семьи. Жилая площадка представляла собой овал длиной около 20 м и шириной 12-15 метров. В его северо-восточной части расположена утепленная полуземлянка, в юго-западной части – легкие наземные жилища. Входы легких жилищ и летний вход землянки ориентированы на жилую площадку – своеобразный «двор». Наличие трех небольших легких жилищ в Быках позволяет думать, что на поселении обитала группа из 3 нуклеарных семей, в холодный период переходивших под общий теплый кров в капитальное жилище. Общая численность населения вряд ли превышала 15-20 человек, включая детей. Площадь землянки около 20 м2. Это, согласно данным этнографии, могло обеспечить ночлегом не более 12 чел (из расчета минимальной спальной площади 1,8 м2 на взрослого человека), реально взрослых могло быть меньше, ибо в число спящих входили и дети (Cook, Heizer, 1968, p.90-91). В миниатюрном наземном чуме теплого сезона могла жить лишь одна нуклеарная семья из 3-5 человек, включая детей. Это подтверждает мнение о жизни трех простых семей под одной крышей в неблагоприятный холодный период и раздельном обитании в теплое время года.
     
     Таким образом, несмотря на полное отсутствие антропологических остатков, стоянка Быки 1 дает возможность проведения ярких аналогий с Машицкой пещерой, свидетельствующих о едином подходе к компоновке поселений и о сходной социальной структуре обоих поселений (Таблица 1).
     
     Таблица 1. Сравнение структуры обитаемого пространства Машицкой пещеры (Польша) и стоянки Быки 1 (Россия, бассейн Десны).
     
Поселение

 

Объект

 

Машицка пещера

 

Быки 1

Основное жилище

пещера с тотемом в виде окрашенного черепа сайги у входа, со спальным простран­ством примерно для 20 человек;

полуземлянка с тотемом в виде черепа бизона над главным входом со спальным пространством на 12-15 человек;

Зона хранения запасов

в задней камере пещеры,  в конце задней камеры - другой тотем - череп бизона;

в камере «лаза»,  над ним – другой тотем – череп носорога

Зона индустриальной деятельности

на террасе, напротив входа в пеще­ру, занимает 20-30 м2.

перед входом в полуземлянку, площадь не менее 20 м2,

Летние жилища

Неизвестны. Возможно, находились на другом участке кормящего ландшафта

Следы трех легких наземных жилищ, отделены от основного жилища зоной индустриальной деятельности


     
     Наличие двух различных типов жилищ в единой структуре поселения заставляет по иному взглянуть на имеющиеся реконструкции поселенческих комплексов палеолита, что, в свою очередь, позволяет более уверенно рассуждать о социальной структуре населения. Можно предполагать, что группы легких летних жилищ, наряду с вмещавшими по нескольку семей легко обнаружимыми археологическими методами домами-зимниками имелись и на других верхнепалеолитических памятниках бассейна Десны. В большинстве случаев в связи с длительностью обитания границы передвижных конструкций смазались и стали почти нечитаемыми, в то время как в Быках, где такие жилища существовали всего1-2 теплых сезона, их оказалось проще зафиксировать. На Мезинском поселении подобные легкие жилища могли располагаться к юго-востоку от двух капитальных сооружений из костей мамонта, на территории, не отнесенной В.Я. Сергиным (1987) к «основной части поселения». Судя по планам, там располагались несколько производственных участков и компактных кострищ или зольных шлейфов. С.Н. Бибиков, первым предположивший наличие летних жилищ в Мезине, располагал их в районе «открытых очагов», окружавших капитальные жилища из костей мамонта. «У народов с тенденцией к прочной оседлости летние и зимние жилища размещаются в одном стойбище», - аргументировал он свое мнение (Бибиков, 1969, С.11). Наличие целого ряда сходных жилищ можно предположить в Хотылево 2 (пользуясь случаем, благодарю К.Н.Гаврилова за предоставленную мне возможность многолетних полевых наблюдений при раскопках этого памятника), причем расположены они, похоже, по дуге. Лишь расстояния между жилищами заметно больше, чем в Быках – порядка 8 м. Не исключено, что так называемый «комплекс у открытого очага» в новых материалах Пушкарей 1 (Паненкова, 1997) так же является следами легкого наземного сооружения. Такие же сооружения могли иметь место у других «открытых очагов» Пушкарей.
     
     Что касается зимних утепленных домов, то в Пушкарях 1 П.И. Борисковским и В.И. Беляевой исследованы как трехочажое, так и одноочажное жилища, расположенные по соседству. Трехочажная конструкция, по нашему мнению, рассчитана на три нуклеарных семьи, т.е. на 12-18 человек. Получается, что далеко не всегда в течение холодного сезона вся община (или расширенная семья) собиралась у одного очага. Более того, не всегда зимовка проходила и под одной крышей.
     
     Три костно-земляных жилища в Юдиново (жилища 2, 3 и 4) имеют внутреннюю площадь 9-12 м2 не сильно отличающуюся от легких жилищ-чумов из Быков (особенно если вычесть площадь центрального очага), однако это уже утепленные зимние дома (Абрамова, Григорьева, 1997). Это значит, что в Юдиново – более позднем, нежели Быки поселении – разделение быта отдельных парных семей проявляется еще в большей степени. Служили капитальные жилища из Юдиново местом круглогодичного обитания, или же только зимниками – пока сказать трудно, однако известно, что на площадке поселения возле них протекала активная деятельность под открытым небом, что косвенно свидетельствует о первом варианте. В Юдиново, по всей вероятности, одновременно обитали так, как и в Быках, три парных семьи. Лишь время их обитания намного превышало по продолжительности время существования поселения Быки 1. При этом все же существует один дом, рассчитанный на всю общину – жилище 1, исследованное К.М. Поликарповичем в 1947 г. Его внутренняя площадь больше остальных и составляет примерно 25 м2, архитектура отличается большей сложностью – наличием дополнительного ограждения. Нельзя исключить, что первоначально был построен именно он, а затем уже на месте легких наземных летних жилищ возникли остальные капитальные костно-земляные дома для отдельных нуклеарных семей. Большое же жилище могло после этого играть функцию культового центра. Аналогичным образом, вероятно, развивалась ситуация и на стоянке Мезин на средней Десне, когда наиболее старый и крупный дом был превращен в культовый центр с костяными музыкальными инструметами (Бибиков, 1969). Следует заметить, что планировка Юдиново весьма напоминает планировку Быков 1, что косвенно подтверждает нашу гипотезу.
     
     Итак, новейшие результаты исследований палеолитических поселений бассейна Десны, равно как и результаты пересмотра прежней информации в свете новых данных, позволяют признать, что основной структурной единицей общества в верхнем палеолите уже была нуклеарная (простая) семья, состоящая из представителей двух поколений (родители и не состоящие в браке дети). Остатки поселений бассейна Десны, дошедшие до нас, принадлежали состоящим из нуклеарных семей самодостаточным группам. Пока сложно сказать, были это просто расширенные семьи (родственно связанные индивидуумы, представляющие три и более поколения) или же общины, построенные не на кровнородственной, а на какой-то иной социальной связи. Предварительное решение этой проблемы могла бы дать генетическая экспертиза антропологических останков из Машицкой пещеры. Такая группа обеспечивала себя всем необходимым и была самодостаточна. Контакты с другими группами ввиду экзогамии были необходимы в первую очередь для создания новых семей. Количество нуклеарных семей в группе зависело, помимо прочих условий, от состояния окружающей среды (возможностей кормящего ландшафта), а также от сезона обитания, но вряд ли превышало в большинстве случаев 5-6. Вопреки распространенному мнению, охота на мамонта, на наш взгляд, не требовала присутствия огромного коллектива. По крайней мере, забой животного мог осуществляться с помощью тяжелого копья одним охотником. Сбор строительного материала для костно-земляных жилищ осуществлялся из природных «мамонтовых кладбищ», а потому не требовал гигантских трудозатрат (Чубур, 1998). Три-пять нуклеарных семей совместными коллективными усилиями могли возвести для себя капитальное жилье за несколько дней. Более того, большое число людей на поселении неизбежно приводило бы к критическому уровню экологического давления на кормящий ландшафт. Поэтому нет необходимости в угоду устаревшей марксистской концепции превращать скромные семейные «коттеджи» палеолита в переполненные общежития с беспорядочными половыми связями их населения и антисанитарными условиями жизни.
     
     Следует в заключение заметить, что все же Ф. Энгельс не ошибся, сопоставив время возникновения парной семьи со временем изобретения лука и приручения собаки (Энгельс, 1987, С.110). По данным современной археологии лук был изобретен и активно использовался уже в развитую пору верхнего палеолита, свидетельство тому материалы уже упоминавшихся Быков 1 (Чубур, 2001, С.63), а одомашненный волк стал известен из материалов деснинской стоянки Елисеевичи благодаря исследованиям К.М. Поликарповича (Поликарпович, 1968).
     
     
     
     Литература:
     
     Абрамова З.А., Григорьева Г.В. 1997. Верхнепалеолитическое поселение Юдиново. Вып.3. СПб.
     
     Бибиков С. Н. Некоторые аспекты палеоэкономического моделирования палеолита // Советская археология. 1969 - № 4.
     
     Богораз В.Г. Материальная культура чукчей. М., 1991.
     
     Борисковский П.И. Древнейшее прошлое человечества. Л., 1980.
     
     Городцов В.А. Социально-экономический строй древних обитателей Тимоновской палеолитической стоянки // Советская этнография, 1935 - № 3.
     
     Григорьев Г.П. Верхний палеолит // Каменный век на территории СССР. М., 1970.
     
     Григорьев Г.П. Начало верхнего палеолита и происхождение Homo sapiens. Л., 1968.
     
     Кабо В.Р. Первобытная доземледельческая община. М., 1986.
     
     Паненкова И.В. Внешний очаг нового участка стоянки Пушкари 1 и связанные с ним объекты. // Пушкаревский сборник, выпуск 1. СПб., 1997.
     
     Поликарпович К.М. Палеолит верхнего Поднепровья. Минск, 1968.
     
     Рогачев А.Н. Палеолитические жилища и поселения. // Каменный век на территории СССР. (Материалы и исследования по археологии СССР № 166). М., 1970.
     
     Сергин В.Я. Структура Мезинского палеолитического поселения. М., 1987.
     
     Файнберг Л.А. Охотники американского севера. М., 1991.
     
     Чубур А.А. Роль мамонта в культурной адаптации верхнепалеолитического населения Русской равнины в осташковское время. // Восточный граветт. М., 1998, с.309-329.
     
     Чубур А.А. Быки. Новый палеолитический микрорегион и его место в верхнем палеолите Русской равнины. Брянск, 2001.
     
     Шовкопляс И.Г. Мезинская стоянка. Киев, 1965.
     
     Шовкопляс И.Г. Добраничевская стоянка на Киевщине (некоторые итоги исследования) // Палеолит и неолит СССР. Вып.7. Материалы и исследования по археологии СССР № 185. Л., 1972.
     
     Энгельс Ф., Происхождение семьи, частной собственности и государства // Маркс К., Энгельс Ф., Избранные сочинения, т.6, М., 1987, С.105-244.
     
     
     
     
     
     
     
     
     

А. А. Чубур

«Пещерные» художники рисовали животных точнее, чем современные
Мозг Homo sapiens верхнего палеолита
На Ямале найдены каменные орудия возрастом 500 тысяч лет
Малайзийские ученые обнаружили топоры возрастом 1,83 млн лет
Зачем неандертальцам было столько рубил? (немного психологии)
У ИСТОКОВ АРХАИЧЕСКОЙ КОСМОЛОГИИ
ПАЛЕОЛИТИЧЕСКАЯ ГРАФИКА И ПРОИСХОЖДЕНИЕ ПОНЯТИЯ ЧИСЛА
РАЗВИТИЕ КОЛИЧЕСТВЕННЫХ ОПЕРАЦИЙ В НИЖНЕМ ПАЛЕОЛИТЕ
В ЮАР обнаружены каменные орудия возрастом 2 млн. лет
Первобытное искусство стоянки Быки 1 и духовный мир палеолита
Вязаный мех - волшебство подлинной чувственности


54.158.199.217